Лукашенко не видать «Евровидения»? :: Хартия'97 :: Новости

10-летняя белоруска Ксения Ситник сделала то, что не смог сделать сам Александр Лукашенко: она впервые подняла рейтинг своей страны на высшую ступеньку. Представительница республики, к которой в Европе относятся с большой настороженностью, завоевала первое место в детском конкурсе “Евровидение-2005” с песней “Мы вместе”, пишет «Московский Комсомолец».

Милая девчушка с хвостиками, в длиннющих ботфортах и в обтягивающем жакете с оголенным пупком — вот образ, который должен был покорить зрителей детского “Евровидения-2005”. Но открытый живот и ботфорты не прошли цензуру брюссельского оргкомитета, и маленькой лолите пришлось сменить образ на менее эпатажный. На сцену “Евровидения” вышла девчонка в розовой юбчонке-пачке, ботфорты превратились в гольфы, а под секси-жакетиком появилась маечка. Неизменными остались только огромные хвостики на голове Ксении. Именно они и сделали ее образ узнаваемым и запоминающимся с первого раза.

“Мы ехали на “Евровидение” потусоваться”

Мама Ксении Ситник — Светлана Стацанко, руководитель детской студии эстрадного пения. Ксюша обучается в этой же студии, и успехи у нее — значительные. Минувшим летом она уже завоевала Гран-при детского песенного конкурса, который проходил в рамках “Славянского базара” в Витебске. Кроме того, на ее счету международный фестиваль “Сияние звезд” в России, “Весенний звездопад” в Польше и “Земля под белыми крыльями” в Беларуси.

— Мы ехали на “Евровидение” потусоваться. Так, по крайней мере, я говорила своей дочери, когда она спрашивала меня, что будет, если ее не оценят по достоинству, если она не займет никакого пристойного места, — рассказала мама Ксении Светлана Стацанко.

— Вы не говорили дочери, что она — лицо страны, что надо оправдать доверие, ну, в общем, все, что принято говорить в таких случаях?

— Я считаю, что главное — не стращать ребенка. Я старалась, чтобы она не чувствовала некий “груз ответственности”, чтобы он ее к земле не придавливал.

— Ксения назвала свою победу “заслугой мамы”, так и сказала: “Мама сделала все, чтобы я победила”. А что папа сделал?

— Папа нас спонсирует, он известный в своих кругах бизнесмен. Он очень радуется успехам дочери, часто звонил нам и спрашивал, не умерли ли мы там с голоду. В шутку, конечно.

В воскресенье Ксения прилетела из Бельгии в Минск. Получив поздравления от имени главы государства, она прямо в аэропорту дала свою первую пресс-конференцию в новом качестве. Говорила она не хуже депутата национального собрания: “Я представляла целую страну и несла ответственность за то, как пою, и если зрители стран Европы меня оценили — значит, я спела красиво”. Когда у юной певицы спросили, зачем вообще детям участвовать в таких нервозных мероприятиях, как международные конкурсы, она ответила: “Ну как же? Все хотят постоять на сцене знаменитым артистом. Допустим, если я буду бухгалтером — это хорошая работа, но меня не будут показывать по телевизору, не будут узнавать на улицах…” Между тем знаменитую Ксюшу уже заждались в родной школе, где она учится в 4-м классе. И учится хорошо: у нее ни одной “восьмерки”, только “девятки” и “десятки” (в Беларуси 10-балльная система оценки знаний. — Авт.).
Что получит Беларусь от победы Ксении?

Свою мечту Ксения выполнила: знаменитой на сцене постояла. А заодно сделала то, чего не смогла сделать Анжелика Агурбаш: дала Беларуси шанс выйти на международную арену. Правда, детское “Евровидение” немножко отличается от взрослого. Поэтому Минск вряд ли примет в следующем году фестивальную эстафету. Почему — “МК” объяснил представитель Европейского союза телерадиовещания Бьйорн ВЕРДТООТ:

— Как известно, во взрослом “Евровидении” (возраст исполнителей — 16+) победитель автоматически завоевывает для своей страны право проведения конкурса на следующий год. Что касается Junior Eurovision (возраст участников от 8 до 15 лет), то этот конкурс проводится по аналогичным правилам, за одним исключением: дети не борются за право проведения “Евровидения” в своей стране на следующий год. Это решение было принято Европейским союзом телерадиовещания в Женеве, чтобы снизить эмоциональное давление на детей и уменьшить конкуренцию. Таким образом, каждый год страна, где будет проходить Junior Eurovision, определяется специальной комиссией в Женеве. К примеру, уже известно, что в 2006 году детский конкурс пройдет в столице Румынии — Бухаресте. Возможно, если Беларусь подаст заявку на 2007 год, то получит право проведения — такая возможность всегда существует.

— А как происходит выбор страны, принимающей Junior Eurovision?

— Каждый год Европейский союз телерадиовещания запрашивает у национальных телекомпаний, готовы ли они провести конкурс у себя на родине и если да, то где и как именно они планируют его организовать. Заявки впоследствии рассматриваются Организационной группой Junior Eurovision, которая состоит из 10 ежегодно выбираемых представителей национальных телерадиовещательных компаний.

— Может ли в данном случае на выбор жюри, в случае, скажем, Беларуси, повлиять большая политика? Не секрет, что Лукашенко называют “последним диктатором Европы”…

— Мы не политический конкурс. Беларусь имеет равные шансы на проведение конкурса со всеми остальными странами.

Что может предложить Беларусь организаторам конкурса?

Для проведения международного конкурса достаточно иметь современный большой зал и гостиницы, способные разместить гостей. Все это в Минске есть. Нет другого — праздничной, легкой атмосферы, которая сопровождает всякое действо подобного рода. Нет сомнения, что если Лукашенко останется у власти и пожелает отметить свою победу в президентских выборах конкурсом “Евровидение” (как это сделали на “оранжевой” Украине), он издаст указ, где повелит всем белорусам ликовать и радоваться. Вот только у иностранных гостей и телекомпаний могут возникнуть проблемы с освещением конкурса. Ведь в прошлую пятницу белорусский «парламент» большинством голосов принял поправки в Уголовный кодекс, предусматривающие срок до трех лет за “дискредитацию Беларуси”. Дискредитацией считается “обращение к иностранной державе или международной организации” с призывом “нанести ущерб белорусскому государству”. Например, напишет какой-нибудь журналист, что гостиницы в Минске тесноваты для гостей “Евровидения”, и все — будь добр за решетку. Или сообщит телекомпания, что звук во Дворце республики плохой, — и прощайся, скажем, страна Бельгия с телевизионной группой. Хотя понятно, что новшества эти имеют отношение скорее к грядущим президентским выборам в Беларуси, нежели к “Евровидению”. Теперь журналистам всех стран придется приравнять работу в Беларуси к работе в “горячих точках”.