Брайан Беннетт: «Власти Беларуси должны подумать, какой приговор им вынесет история» :: Хартия'97 :: Новости

Через несколько дней Чрезвычайный и Полномочный посол Великобритании в Беларуси Брайан Беннетт покинет нашу страну. Заканчивается четырехлетний срок его работы в Беларуси. Перед отъездом из Минска дипломат ответил на вопросы пресс-центра Хартии’97. «В конечном итоге Беларусь станет демократической страной, как и ее соседи, и единственный вопрос – когда это будет. Самым мудрым подходом было бы двигаться к этому положению как можно быстрее. Власти Беларуси должны были бы подумать о том, какой приговор им вынесет история. И на сегодняшний момент, я думаю, приговор истории будет достаточно суровым. Но время еще есть, и я покидаю страну оптимистом», -- заявил господин Посол.

-- Несколько лет назад в интервью пресс-центру Хартии’97 Вы сказали о своем народе: “Наше отношение к проблемам, стоящим перед миром, строится на таких позициях: посмотрим, что мы можем сделать; давайте найдем правильный путь; давайте это сделаем”. Оправдался ли этот подход в Беларуси, что Вы бы зачислили себе в актив, а что в пассив?

-- Я придерживаюсь мнения, что британская внешняя политика основывается на ценностях и принципах, и мы стараемся делать то, что считаем правильным. За последние четыре года я обнаружил, что можно стремиться к достижению правильных целей, бороться за справедливость, но не всегда будет достигнуто что-то, что можно назвать результатом. Как я уже говорил в другом интервью, очень сложно сказать, сумел ли ты что-то сделать или нет, так как не существует способа измерить успех дипломатии. Поэтому, я бы сказал, что я получил удовольствие от самого процесса пребывания здесь, от сложнейшей задачи – постановки вопроса прав человека и других проблем перед белорусскими властями и обществом. Но сказать, что я добился в этом успеха, было бы неправильно. Это процесс, который будет продолжаться и после того, как я покину Беларусь.

-- В течение четырех лет работы в Минске вы посещали в тюрьмах белорусских политзаключенных, наблюдали за акциями протеста, встречались с родственниками политзаключенных. В то же время по своим должностным обязанностям вы – в постоянном контакте с властями. Что, на Ваш взгляд, раскололо общество?

-- Как я говорил раньше, я считаю, что британская внешняя политика основывается на ценностях и принципах. Моя работа состоит в контактах с правительством. Но кроме этого, для того чтобы поддержать эти ценности и принципы, я считал нужным посещать политзаключенных, следить за деятельностью демократических сил в Беларуси, и показывать, что Британия и другие члены ЕС поддерживают демократические процессы. Я думаю, что рано или поздно Беларуси придется идти по демократическому пути. И конечно, я бы предпочел, чтобы это произошло раньше, а не позже. И если власти захотят воспользоваться помощью, чтобы следовать по пути демократии, мы с радостью готовы ее предоставить. Множество стран уже идут по этому пути. У них есть большой опыт, и они могут помочь Беларуси. Но, к сожалению, мой опыт последних четырех лет показывает, что правительство Беларуси не намерено идти по направлению к демократии. Общее тенденция последних четырех лет – отход от демократии.

-- Полгода назад Европейский Союз предложил белорусским властям стратегию сотрудничества. Есть ли прогресс в выполнении белорусским правительством условий ЕС?

-- Европейский Союз не предлагал Беларуси сотрудничества. Он составил документ, который обращен к народу Беларуси: смотрите, вот что может предложить Евросоюз странам, которые принимают те же ценности и принципы, что и мы, и что теряет народ Беларуси, не выбирая этот путь. Это было не предложение белорусским влястям, это была подсказка белорусскому народу. Мы надеемся, власти понимают, что если они хотят иметь хорошие отношения с ЕС, им нужно сделать четкие шаги, которые бы показали, что они действительно собираются что-от сделать в области прав человека, и в целом идти в направлении демократии.

-- Согласны ли вы с утверждением, что диалог властей с оппозицией должен предшествовать диалогу с европейскими структурами?

-- Я думаю, что комментировать это было бы вмешательством во внутренние дела Беларуси. Считаю, что важно то, что Беларусь должна идти по пути демократии, и, разумеется, народ Беларуси должен сам решать, что нужно делать внутри страны.

-- Возможны ли переговоры белорусских властей с Европой при выполнении только ряда условий ЕС. Например, при освобождении некоторых политзаключенных или разрешении на работу одной-двух малотиражных независимых газет?

-- Мы сказали правительству Беларуси, что нам нужно увидеть какие-либо конкретные шаги, которые бы показали, что вы движетесь в направлении к демократии, например, улучшить отношение к независимым профсоюзам. Этого не произошло, и поэтому отменили торговые льготы для Беларуси. Правительство Беларуси сказало нам: хорошо, а что можно назвать конкретным шагом, и мы сказали: например, освобождение всех политзаключенных было бы таким конкретным шагом. Это дело властей – делать какие-либо шаги или нет. Это одна из рекомендаций, которую мы сделали, но это одно из многих действий, которое могли бы предпринять власти, и надеемся, предпримут.

-- В отношении белорусских властей сегодня введены многочисленные санкции – запрет на въезд для чиновников, «заморозка» зарубежных банковский счетов, а с 21 июня будут отменены преференции на торговлю с Евросоюзом. Это тупик для режима?

-- Я на это надеюсь. Я надеюсь, что это окажет давление на правительство Беларуси, и они увидят, что рядом с ними существует мир, в котором есть ценности и принципы, применимые в любой свободной демократической стране. Но я не согласен, что отмена преференций – это санкция. Это отмена льготы. И чтобы получить эту льготу, властям нужно вести себя должным образом. А то, как они ведут себя с профсоюзами, не является подобающим поведением. Эти санкции, которые мы упоминали, не являются слишком действенными, но они производят глубокое впечатление психологически, потому что они дают ясный сигнал.

-- Нужна ли Европе независимая Беларусь?

-- Я не думаю, что такой вопрос возникает. Я не вижу условий, при которых Беларусь не была бы независимой. Я вижу, что ни власти, ни оппозиция не хотят, чтобы Беларусь стала частью какой-нибудь другой страны.

Я не вижу угрозы независимости Беларуси. И, кроме того, не имеет значения, чего хочет Евросоюз, а важно то, чего хочет народ Беларуси. Важно, чтобы белорусский народ мог принимать собственные решения, и путь для этого – свободные и честные выборы, которые здесь уже давно не проходили.

-- Выступая на недавнем приеме по случаю дня рождения Его Величества Королевы Елизаветы II, Вы сказали, что белорусы – это европейский народ, который не до конца использует свой потенциал. Что мы все упускаем?

-- Я думаю, что главное, что упускает Беларусь – нормальные отношения с другими странами. Есть изоляция от других стран, и поэтому в Беларуси редко можно увидеть иностранных туристов. Это красивая страна, и в ней должно было быть множество туристов, хорошо проводящих время, тратящих деньги, тем самым помогая экономике Беларуси. Но они очень редки. Почти нет иностранных корреспондентов, поэтому мало информации о Беларуси выходит за пределы страны. СМИ почти полностью контролируются властями, поэтому очень мало информации поступает в страну без «фильтрации», предшествующей ее доступу к большинству населения. Это очень нездоровая ситуация. Чем дольше это длится, тем сложнее Беларуси будет уйти от этого, и, как мы говорим, вернуться в семью европейских народов.

-- Каким бы Вы хотели видеть будущее Беларуси?

-- Я думаю, ответ на ваш вопрос – никто не знает, каким будет будущее Беларуси. В конечном итоге Беларусь станет демократической страной, как и ее соседи, и единственный вопрос – когда это будет. Самым мудрым подходом было бы двигаться к этому положению как можно быстрее. Представители властей должны были бы подумать о том, какой приговор им вынесет история. И на сегодняшний момент, я думаю, приговор истории будет достаточно суровым. Но время еще есть, и я покидаю страну оптимистом.