5 июля 2015, воскресенье, 16:20

Власть и стихия

57

Трудно противостоять вызовам природы. Любое государство, столкнувшись с разрушительными силами стихии, может выказать свое бессилие.

Поэтому было бы неправильно винить во всем белорусское государство, если бы не одно НО. Государство в Беларуси стремится оказывать влияние на все сферы общественной жизни, контролировать поведение своих граждан, требовать беспрекословного подчинения и послушания. Вместо этого оно под лозунгом «Государство для народа» предлагает населению всемерную помощь, заботу и защиту на все случаи жизни. Общество, естественно, ожидает подобающей организации функционирования институтов власти, особенно в экстремальных ситуациях. Более того, любая власть обязана направлять все ресурсы государства на то, чтобы уберечь людей от последствий стихии или техногенных катастроф. Тем не менее, авторитарное государство в целом и белорусское в частности, плохо, неумело и главное - вяло реагирует на неординарные ситуации.

Не царское это дело - оберегать людей от снега и воды, тем более признавать и исправлять ошибки. Проще о них умолчать, еще проще обвинить в них самих людей или мнимых врагов народа. Кто знает, может быть снежный удар был спровоцирован НАТО?

В авторитарном государстве люди полностью беззащитны, они не могут надеяться, что их вовремя предупредят о стихии, что им окажут надлежащую помощь. Именно так произошло в результате Чернобыльской катастрофы в 1986-м и в российском Крымске в 2012 году. Эти события отчетливо показали, что отдельный человек в недемократической стране ничто, главное - престиж и безопасность властьимущих.  Безответственная власть - это настоящая стихия для общества. Руководство такой страны не призовешь к ответу, в жертву толпе принесут мелкого чиновника, но это не изменит стиля управления, а значит, все снова повторится.

Конечно, снежный ураган в Беларуси - это не Чернобыль и не Крымск, но образ действий государственной власти идентичен: авось, все обойдется, зачем излишне будоражить население. Пусть дети идут в сады и школы, люди едут на работу, ведь нельзя в год экономии и бережливости останавливать производственный процесс. Для белорусской власти человек – это инструмент для производства и увеличения ВВП, обязанный правильно голосовать. Соответственно, его единственное право - обслуживать государственную машину и подчиняться ее решениям, несмотря на погодные условия и собственное состояние. Поэтому в этом случае, суть лозунга «Государство для народа» приобретает совершенно иной смысл. А именно, «Государство для народа»… ум, честь и советь, мать, брат и сестра и ничего для него не должно быть жалко. А там глядишь, такому самоотверженному человеку  памятник бесплатно поставят и похороны организуют, и на доску почет повесят в назидание окружающим.

В экстремальных ситуациях авторитарное государство представляет собой неповоротливый механизм, где процесс принятия даже самых незначительных решений зависит от того, кто наверху. Как в том анекдоте, когда без президента не могут картошку перебрать. Соответственно, если тот, кто на самом верху отсутствует, функциональность государства полностью парализуется. К примеру, директора школ самостоятельно не могут отменить занятия, так как они подотчетны вышестоящим чиновникам, а за несанкционированные действия можно и по голове получить, работы лишиться.

Как и куда будут направляться войсковые подразделения, если главнокомандующий в отъезде? Авторитарный правитель больше боится позитивной инициативы своих подчиненных, чем их преступной бездеятельности. Ведь если бы Юрий Жадобин или Сергей Мальцев стали бы в экстремальной погодной ситуации  самостоятельно принимать оперативные решения и действовать, то их авторитет в глазах населения мог бы возрасти, а Лукашенко упасть. Соответственно, создалась бы неудобная ситуация внутренней конкуренции и на публичной сцене появилось бы новое лицо, новый герой. Нечто похожее было в СССР после Великой Отечественной войны, когда героический образ и авторитет Георгия Жукова фактически был сопоставим с образом Сталина, что сыграло немаловажную роль в судьбе страны после смерти последнего.

Авторитарный лидер, приравнивающий себя к божеству, не может допустить, чтобы рядом с ним был равный по силе политик, любимец масс. Он позволит погибнуть тысячам граждан, но никому не позволит их спасти, кроме него самого. Миф Единственного, без которого ничего не может действовать в стране, должен остаться непоколебимым. Каждый, кто захочет сыграть роль Прометея будет обречен на гибель. А героев, как мы знаем, в окружении Лукашенко нет. Конечно, за провалы, допущенные верховной властью, ответят другие - для этого и нужны министры, но таков удел тех, кто служит вождям – приносить себя в жертву государственной машине, а не гражданам.  

Павел Усов, специально для charter97.org

поделись